Рождество Иисуса Христа

Путь волхвов, Вера Кушнир
"В переполненном городе", Галина Красненкова
В рождественскую ночь, Павел Ляшенко
Рожденное солнце, Павел Ляшенко
Господе лето, Павел Ляшенко
Рождественская песнь, Павел Ляшенко
Воплощенье, Наталья Щеглова
"В эту ночь торжественно и чутко", Наталья Щеглова
Колыбельная, Наталья Щеглова
Рождественское утро, Яков Бузинный
Дитя надежды, Вера Кушнир



Путь волхвов

Им Бог велел отправиться обратно
Иным путем, не тем, которым шли, —
Протоптанным, знакомым и приятным,
Приведшим их к Спасителю земли.

Вот мудрость Божья, что ни слово — тема!
Они пришли колено преклонить
Перед Христом, но после Вифлеема
Ничто уже не может прежним быть.

Вот так и мы, хоть мудростью не блещем
И нет у нас особенных даров,
Мы не пророки, снов не видим вещих,
Но путь наш так похож на путь волхвов.

Ища во мраке истину и Бога,
Мы шли путем каким-то в Вифлеем,
У ног Иисуса кончилась дорога,
И мы в слезах к ногам припали тем.

Там получили радость и прощенье,
Там Дух Святой сердца нам возродил,
Наполнил миром их, благоволеньем,
И новый путь пред нами Он открыл.

Уже не тот, знакомый, как поэма,
Что в детстве мы сумели заучить,
А новый путь, ведь после Вифлеема
Уже ничто не может старым быть.
Вера Кушнир



* * *
В переполненном городе
Некуда деться.
Лошаки и верблюды
У каждых ворот.
Но подходит пора —
Рвется сын из-под сердца,
Час рожденья его настает.
Настает.

Не рожала еще.
Все впервые! Впервые
Непонятная боль,
Незнакомая дрожь
И глаза в небеса…
Ах, Мария, Мария,
Где пристанище Ты
В Вифлиеме найдешь?

Кто-то путь указал
К опустевшему хлеву.
Сноп соломы, навоз
Да горбыльная дверь,
Он родится сейчас
И… раскроется небо
В красоте, и в величье,
И в силе своей!

Через тысячи лет
Эту ночь будут помнить.
И «святой», и «небесной»
Ее назовут…
Он родится сейчас!
На истёртой попоне,
За горбыльною дверью…
В забытом хлеву…

Спит ночной Вифлием,
Улеглись постояльцы,
И не слышит, не видит
Никто из людей,
Как срывается крик!
Как сжимаются пальцы…
И… рождается Сын.
Божий Сын. Царь царей

Тот, к Кому на поклон
Едут мудрые люди,
Тот, Кому на полях
Воспоют пастухи.
Кто рожден победить.
Кто спасет и осудит.
Кто личины сорвет
И отпустит грехи…

В переполненном городе
Некуда деться.
Где рожденный Мессия
Получит приют?
Приходи в мое сердце.
Этот маленький дом
Весь как есть
Отдаю…
Галина Красненкова



В рождественскую ночь

Земля спала, темнотою объята,
Звезды бросали лучи косые,
И не было тех, кто мощным набатом
Ее встряхнул бы для встречи с Мессией.

А надо было бы, очень надо
Ударить в литавры, ударить в гонги
И, всех пробудив, послать отряды
С вестью рождественской по дорогам.

И спящих тревожа живым монологом,
Все рассказать предельно ясно,
Что мир к ним вернулся, нарушенный с Богом,
В славном Посланце, лежащем в яслях.

Что спать — преступленье в такое время,
Когда небеса поют пред Младенцем,
Когда в незначительном Вифлееме
Забилось Божьего Сына сердце.

И снова бежать. Бежать в столицу,
Где знать укрылась в палатках пышных,
Где в храме листают Святые страницы,
А Ирод детям приговор пишет.

А позже двинуться массой народа
С множеством факелов к царским покоям
И, плотным кольцом разместившись у входа,
Принудить Ирода план перекроить.

Разрушив задуманное преступленье,
Злостное дело предать оглашенью,
Его повести на поклоненье,
Заставив просить у Мессии прощенье.

И там принародно лишить полномочий
За умысел страшный, за все злодеянья
И в чудном блаженстве рождественской ночи
Мессии присвоить царское званье.

Но было не так… Готовилась бойня,
Точились мечи, заострялись копья,
И гвардия Ирода вскоре бойко
Невинных детей обагряла кровью.

А Тот, кто ушел от небесного трона,
Надежно сокрыт был рукой Покровителя,
Чтоб всем обездоленным и угнетенным
Явится Спасителем.
ПавелЛяшенко



Рожденное солнце

Мария, слышишь, небо ликует.
На безграничных просторах Вселенной
Ангелы песню поют святую,
Что в человеках благоволенье.

А ты с любовью приникла к Младенцу,
И в этом твое материнское счастье.
Но помни — Сына стучащее сердце
Принадлежит не тебе, а несчастным.

Он с неба пришел и в мире был волен
С престолов сместить царей, фараонов
И вечно в немеркнущем ореоле
Владеть племенами на царском троне.

Народы Ему покорились бы в страхе.
Но грешным сердцам — небеса недоступны.
И дьявол влачил бы их души на плаху
С клеймом приговора: «Преступник, преступник».

Конец положить владычеству злому
Он сможет навеки душой непорочной.
Любовь привела Его на солому
Под своды пещеры прохладной ночью.

Мария, скорбишь ты, предвидя горе,
Оно притаилось глухо и немо.
И в полночь от детского крика вскоре
Дома содрогнутся в седом Вифлееме.

А ты упасешь Рожденного бегством,
Чтоб Солнце взошло во мраке идущим,
Но прежде взойдешь с Ним к вершине бедствий,
Где с болью пройдет оружие душу.

Прислушайся к тихим шагам за дверью:
Идут пастухи пред Мессией склониться.
Взгляни, как прекрасно сияние веры
На этих простых пастушеских лицах.
Павел Ляшенко


Господне лето

Непостижима вечная любовь,
Чтоб возвратить изгнанников Едема:
Иисус при звуках ангельских хоров
Вошел под сень пещеры в Вифлееме.

А над землей висела плотно тьма,
И узники греха, томясь в темницах,
Еще не знали, что греха тюрьма
Мессией скоро может отвориться,

Что Искупитель, в грешный мир придя,
Освободит их от цепей пороков
И в милости отменит навсегда
Диаволом назначенные сроки.

И пусть тревогу поднимает ад,
И слугам шлет веельзевул указы, —
Жестокого владычества закат
Предотвратить уже не смогут казни.

Пещера. Полночь. Капельки росы…
Мессия в яслях… Слабый отблеск света…
Отчитывало первые часы
Благоприятное Господне лето.
Павел Ляшенко



Рождественская песнь

Пусть к пещере я той не приду,
Где земля принимала Спасителя,
Пусть к Младенца ногам не паду,
Став счастливейшим посетителем.

В эти дни я не буду грустить,
Что не слышал небесного пения.
С каждым годом ценнее мне стих:
«В человеках благоволение!»

Созерцая небесный свод,
Где в союзе величье, торжественность,
Все мне кажется: тысячи звезд
Светят людям теперь по-рождественски!

А лучами касаясь земли,
Равнодушных зовут к покаянию:
«Пробудись, человек, внемли!
В Сыне Божьем твое оправдание».

Я призыв этот принял душой,
И на смену потемкам — заревом
В мою юность Спаситель вошел,
Сняв грехи, как лохмотья старые.

Пусть пещеры я той не найду,
Пусть не слышал я хора небесного,
Но к Спасителю рвется мой дух,
Окрыленный Рождественской песнею.
Павел Ляшенко



Воплощенье

Мы одеты в убогую плоть,
Пересохли в сердце источники,
И до самой могилы вплоть
Мы рабы на дьявола вотчине…
Укажите ослепшим путь,
Нищим духом подайте милость,
Сколько можно, бия себя в грудь,
Кутать душу в рваную милоть?
Мы одеты в убогую плоть,
В плот враждебную Духу и Свету,
И до самой могилы вплоть
Ни надежды, ни помощи нет нам.
…Но однажды упала во тьму,
В чьи-то ясли с хрустящим сеном
Та звезда, что слепых в плену
Научила молитвам смелым,
И теперь до могилы вплоть
Я пою, что оковы рухнут, —
Бог облекся в убогую плоть,
Чтобы мы приобщились к Духу.
Наталья Щеглова



* * *
В эту ночь торжественно и чутко
Сторожила землю тишина,
Лунных песен видимые звуки
На холмах рождала вышина,
Под звучанье ангельского хора
Осеняла смертных благодать,
Прикасались звезды к чьим-то взорам,
Было до небес — рекой подать.
Сбылось предреченное веками —
Вечность в белых пеленах холста
Ласковыми женскими руками
В ясли положили небеса.
Наталья Щеглова



Колыбельная

«И даст Ему Господь Бог престол Давида…» Лука 1:32

Здравствуй, первенец, небом данный,
С золотою судьбой впереди,
Спеленаю тебя, долгожданный,
Прикачаю у теплой груди,

Под хоралы созвездий ясных,
Изумленно глядящих вниз,
В неотесанных старых яслях
Спи, мой маленький звездный принц.

Не дыша, наклоняюсь ниже
Над загадкой родного лица,
Может, в крошечке-сыне увижу
Недоступного взору Отца.

Не забыть, как в рассветную млечность,
Что струилась туманом в полях,
Обвенчалась со мною вечность,
Чтоб Земле подарить Тебя.

Под хоралы созвездий ясных,
Изумленно глядящих вниз,
В неотесанных старых яслях
Спи, мой маленький звездный принц.
Наталья Щеглова



Рождественское утро

Рождество за окном!
На чудесном рассвете
Все укрыто ковром
Самым белым на свете.

На высокой сосне
Ветер иней качает —
И почудилась мне
Лебединая стая.

Засверкало все вдруг
Непривычно для глаза,
И, казалось, вокруг
Не снега, а алмазы.

Этот солнечный луч,
Как улыбка, пробился
Сквозь безрадостность туч
И в снегу заискрился.

Так наполнен и я
Неземной добротою,
Потому что меня
Бог коснулся любовью!

Все, что было вокруг
Опостылым, холодным,
Стало радостным вдруг,
Наполняет восторгом.

И не в солнечном дне,
Не в прекрасной погоде —
Вся причина во мне,
Потому что я с Богом!

Потому что Христом
Освящен я сегодня
И святым Рождеством
Благодати Господней!
Яков Бузинный



Дитя Надежды

В грубые ясли
Рукою нежной
Бог положил нам
Дитя надежды.

Грубому миру,
Злобе мятежной
Дан был Младенец —
Светоч надежды!

Плакали люди,
Ангелы пели.
Звезды на ясли
Кротко глядели.

Не было света,
Страшные тени…
Гнулись спины,
А не колени.

Души уснули
Сном безмятежным…
Встаньте, проснитесь!
Бог дал надежду!

Миром поныне
Правят невежды,
Но не погас тот
Светоч надежды.

Бог призывает
Голосом нежным:
— Люди, примите
Дитя надежды!
Вера Кушнир